Спустя более полутора лет после падения режима Асада сирийский фунт (SYP) продолжает обесцениваться — несмотря на масштабные политические изменения, от которых многие ожидали стабилизации экономики. Снятие большей части международных санкций, объявление о миллиардных иностранных инвестициях и недавняя деноминация валюты так и не смогли остановить падение фунта, порождая вопросы о реальной глубине экономического восстановления Сирии.
Обесценивание происходит на фоне сложного послевоенного переходного периода. Несмотря на оживление в ряде секторов экономики и усиление международного взаимодействия, экономисты предупреждают: структурные слабости по-прежнему подрывают доверие к национальной валюте.
По словам Бенжамена Фева, старшего консультанта Karam Shaar Advisory Ltd., ожидания, связанные с будущим Сирии, улучшились значительно быстрее, чем реальные экономические условия. «Сирийский фунт продолжает обесцениваться, потому что снятие санкций и политические возможности улучшили настроения быстрее, чем изменились базовые экономические показатели», — заявил Фев изданию Levant24.
Он указал, что страна по-прежнему испытывает острую нехватку иностранной валюты, тогда как импорт остаётся высоким, а экспорт — слабым. «Инвестиционные заявления и обещания поддержки восстановления могут влиять на настроения, но они не укрепляют валюту до тех пор, пока деньги реально не поступают в страну, проекты не финансируются и не начинается их реализация», — подчеркнул он.
Фев также обратил внимание на более широкое региональное и международное давление: конфликт с участием Израиля, США и Ирана, а также перебои в районе Ормузского пролива привели к инфляционному давлению, затронувшему в том числе Сирию.
Показатели восстановления скрывают структурные проблемы
Свежие экономические данные рисуют неоднозначную картину. Издание Syria Direct зафиксировало оживление торговли, рост доступности товаров и усиление потребительского спроса в ряде регионов после краха режима Асада. Первоначально сирийский фунт укрепился — с почти 19 000 за доллар в последние дни режима до около 12 100 за доллар год спустя.
Исследователи, на которых ссылается Syria Direct, связали это восстановление с улучшением политической обстановки, ростом иностранного участия, снятием санкций и увеличением объёма денежных переводов по официальным финансовым каналам. Однако экономисты предостерегают: эти успехи не были основаны на существенном росте внутреннего производства.
По их оценке, укрепление валюты было обусловлено главным образом внешними поступлениями, а не кардинальными изменениями в производственном потенциале Сирии. Несмотря на расширение торговли и рост в отдельных секторах, экономика по-прежнему ограничена разрушенной инфраструктурой, нехваткой капитала, эмиграцией квалифицированных кадров и слабостью государственных институтов.
Фев полагает, что продолжающееся обесценивание фунта отражает более глубокие проблемы, выходящие за рамки санкций. «Дело не только в санкциях, но и в слабых институтах, ограниченных валютных резервах, разрушенной инфраструктуре, низком доверии, неразвитом финансовом посредничестве и неопределённости в отношении правил, контрактов и их исполнения».
Он также добавил, что недавняя деноминация сирийского фунта может упростить расчёты и нести символическое значение, однако не устраняет коренных причин слабости валюты. «Деноминация способна облегчить транзакции и символически обозначить новый этап, но сама по себе она не восстанавливает доверие, не стимулирует экспорт, не снижает зависимость от импорта и не привлекает иностранную валюту».
Повседневная жизнь по-прежнему определяется экономическими трудностями
Часть сирийцев выиграла от роста экономической активности, однако многие продолжают испытывать нарастающее давление из-за роста стоимости жизни. Повышение зарплат в государственном секторе и восстановительные работы увеличили доходы ряда работников, особенно в Даръа. Владельцы бизнеса также отмечают рост продаж и спроса на строительные услуги.
Вместе с тем многие домохозяйства продолжают испытывать серьёзные финансовые трудности. Топливо, электричество и базовые услуги остаются дорогими относительно среднего дохода. Несмотря на расширение рынка и улучшение доступности товаров, многие семьи с трудом справляются с расходами.
Особенно тяжёлой остаётся ситуация для вынужденных переселенцев в лагерях, где сокращение гуманитарной помощи оставило многих семей в ещё более уязвимом положении, чем до падения режима. Аналитики предупреждают: улучшение экономической активности само по себе может не обернуться широким ростом благосостояния, если инфляция продолжит подрывать покупательную способность.
Превратить обещания в капитал
Экономисты считают, что восстановление Сирии будет зависеть не столько от политических заявлений, сколько от конкретных экономических реформ. Фев предупреждает об опасности повторения ошибок прошлого.
«Приоритет — не допустить повторения прежних ошибок: искусственной защиты нереалистичного курса валюты, опоры на административный контроль, сохранения множественности обменных курсов, монетизации дефицита или объявления о росте расходов без достоверного источника их финансирования». Вместо этого он призывает к созданию прозрачного валютного рынка, предсказуемой денежно-кредитной политике, более жёсткой бюджетной дисциплине и более глубокой интеграции сирийского банковского сектора в международную финансовую систему.
Пожалуй, главное — необходимость превратить инвестиционные меморандумы и обещания поддержки восстановления в реальные проекты, способные обеспечить экономическую деятельность. «Наиболее полезными будут инвестиции, которые генерируют или экономят иностранную валюту — прежде всего в энергетике, сельском хозяйстве, логистике и экспортно-ориентированном производстве», — сказал Фев.
Пока продолжающееся падение сирийского фунта служит напоминанием: политические перемены и международная поддержка сами по себе не способны восстановить экономику, опустошённую годами конфликта. Хотя постасадовский переходный период открыл новые возможности, экономисты убеждены: устойчивая стабильность валюты в конечном счёте будет зависеть от восстановления производства, реального притока капитала и возрождения доверия к экономическим институтам страны.
